?

Log in

Алексей Ксендзюк - "Эзотера" - журнал поЭтусторонних сил. [entries|archive|friends|userinfo]
ЖЖ-версия журнала "Эзотера"

[ website | Журнал "Эзотера" ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Алексей Ксендзюк [май. 22, 2007|10:20 am]
ЖЖ-версия журнала "Эзотера"
«Техника осознанного сновидения», ч.1

Именно теперь я хочу напомнить вам, что дисциплина дона Хуана называется магией. Стоит вам принять в свое сознание, а затем — в свое мировоззрение и стиль жизни, истинную пару (тональ — нагуаль), как Реальность встанет на свое место — она удалится, утратит все человеческие черты, однако уже не согласится на то, чтобы ее подменял суррогат интерпретационного аппарата.

С тех пор, как техники осознанного сновидения (особенно столь тщательно разработанные, как техники С. Лабержа) стали общедоступными, магическая эйфория существенно приугасла. Оказалось, что странствовать в мирах сновидений не так уж сложно, а ценность этих странствий равна просмотру красочного стереофильма с эффектом присутствия. Конечно, читавшие Кастанеду ожидали другого. Осознанные сновидения так же бесплотны, как и обычные сны. Неужели все так просто или здесь кроется нечто, ускользнувшее от исследователей в научных центрах?

Я знаю, что многие, применив технику Лабержа после прочтения книг Кастанеды, остались неудовлетворенными. И это вполне естественно. Некоторое время я изучал осознанные сны, и у меня осталось великолепное впечатление: буйство красок, приключения, откровения, касающиеся моей собственной природы, и т.д. Но я заметил: в этих снах не было ни одного внешнего сигнала. Творчество моего тоналя было великолепным и всеохватывающим, однако этим все исчерпывалось.

Сновидение по Кастанеде — на первых порах занятие скучное, но в нем можно ухватиться за некий элемент, соединяющий внимание сновидения с первым вниманием. Самое важное — можно оставить след, свидетельство, которое объединит мир сна и яви. В конце концов, это и есть начало интеграции энергетических полей, к чему призывает дон Хуан в своей дисциплине.

Если вы заставите работать свое внимание во сне так, как оно работает в обычной жизни, сон станет реальностью. Вы сможете в сновидении передвигать предметы, оставлять записки, даже разбить что-нибудь — наяву вы убедитесь, что это случилось.

(Вспомните, как дон Хенаро, услышав, что надвигается гроза, бросился закрывать окно. Он действительно закрыл окно, и в этом нет ничего странного, если не считать того, что он в это время находился в сновидении. Не зная, что делать дальше, он вышел из дома и пошел бродить среди ночных холмов. Как вы помните, он и проснулся там, промокший до нитки — его разбудил гром.)

Эти примеры демонстрируют, как мир сна переходит в мир яви. На определенном энергетическом уровне вы просто раздваиваетесь — часть вашего энергетического тела спит, другая же — совершает поступки. Иными словами, часть кокона вместе с ведущей точкой сборки вступает в энергообмен с объектами, где бы те ни находились, и этот энергообмен реален — следы его существуют во вселенной осознания точно так же, как следы любого, не раздробленного магическим сновидением, существа.

Вот магия сновидения, о которой говорил дон Хуан и о которой буду говорить я. Остальное — лишь разнообразные методы интроспекции, быть может, более драматические и эффективные, чем психоанализ, но не более того.

Дело в том, что галлюцинирующая часть перцептивного аппарата в БДГ-сне (т.е. сне со сновидениями), как уже говорилось, многократно активизируется. Тот алгоритм действий, что предлагает Стивен Лаберж, Толи и др., направлен на полное ее включение благодаря активизации рефлексии во сне. Любой осознанный сон будет ярче и реалистичней, чем обычная каша из ускользающих образов, которую мы воспринимаем, не имея активного самосознания. В данном случае — это демонстрация силы: тональ демонстрирует, как он делает мир без сенсорной поддержки извне. Сигналы, образы, гештальты — все это формируется здесь же, в голове сновидящего; они многократно отражаются и усиливаются в лабиринте пробудившегося самосознания. С. Лаберж, на мой взгляд, верно объяснил, отчего подобный осознанный сон переживается более реалистично, чем события в состоянии бодрствования.

Будучи творением тоналя, осознанный сон (lucid dream) во всех перипетиях своего развития повторяет исключительно наработанные схемы восприятия. Если в обыденной жизни мы постоянно сталкиваемся с некоторым (пусть небольшим) сопротивлением перцептивной среды, и тоналю следует потрудиться, дабы привести в нужный ему порядок подходящие пучки сигналов, устранить на пороге сознания совсем не подходящие; то здесь, в осознанном сновидении, тональ царствует и не знает ничего, кроме собственных проекций. Для тоналя же собственная проекция — идеальный критерий реальности воспринимаемого.

Однако мы опять попадаем в ловушку. Утверждая «я сплю» и культивируя мир сна, мы оказываемся в позиции исследователя, так и не пожелавшего выйти в поле, а задремавшего в любимом кресле, чтобы таким образом найти решение волнующей его проблемы. Проснуться во сне — это только первый шаг сновидящего мага; второй шаг — отыскать в прекрасно выстроенной декорации тоналя хоть что-то реальное.

Когда мы развиваем в себе склонность путешествовать по воображаемому миру снов, мы следуем вполне естественной тенденции перцептивного аппарата, перекрывшего все (или почти все) сенсорные каналы, которые в обычной позиции точки сборки заставляют нас вступать в энергообмен с внешним миром. Это действительно самый легкий путь, и неудивительно, что последователи метода С. Лабержа в случае успеха быстро втягиваются в сновидческие авантюры. Однако задача воина несколько сложнее. Он должен не просто проснуться во сне, осознать себя; он должен развить свое внимание до такой степени, что даже самый слабый сенсорный импульс, достигший его сознания в этой позиции, вывел бы его из роскошного театра тоналя «за кулисы» — в Реальность. Специальным образом отточенное внимание найдет и выведет, но на этом этапе вы тут же утратите блаженную безопасность, поскольку начнете встречать реальные объекты и реальных существ, которые для бодрствующего сознания просто находятся за порогом восприятия. Они могут причинить вам вред, могут одарить не-человеческой силой. Так или иначе, вы столкнетесь с Миром-вне-вас, а от этой штуки можно ожидать чего угодно. Единственное спасение в реальных ситуациях, угрожающих Вам, — проснуться, т.е. быстро сдвинуть точку сборки назад, в привычное положение, и выйти из области энергообмена с существом (объектом, ситуацией), способным вас серьезно травмировать.

Стоит вам только раз выйти из тонального представления, никогда уже больше не доверяйте происходящему, поскольку те критерии проверки, которые работают в обычном осознанном сне, там работают тоже — просто по другим причинам. И там будут меняться надписи, если вы взглянете на них пару раз через некоторый промежуток времени, и там — все подвижно, текуче, изменчиво: внимание сновидения на первых порах не в состоянии удерживать стабильную перцептивную картину, интерпретационные шаблоны скачут как сумасшедшие, пытаясь найти хоть что-то подходящее к чужеродным энергетическим формациям, прокравшимся сквозь все фильтры в область осознания.

Итак, все, что вы увидите, будет очень похоже на сон, но это уже не сон. Поэтому дон Хуан называет сновидение «смертельной игрой».

В 1993 году Карлос Кастанеда выступал в книжном супермаркете Phoenix (Лос-Анджелес) на презентации новой книги. В своей речи он был красноречив и решителен. Главной темой лекции стало сновидение. Позволю себе кое-что процитировать, дабы напомнить, как мэтр дон-хуановской модификации нагуализма относился к этой удивительно эффективной и впечатляющей технике. В первую очередь, чтобы войти в сновидение, следует осознать момент засыпания, — повторил Кастанеда то, о чем уже неоднократно писал. «Перед тем, как заснуть, скажите себе: «Я — сновидящий». Это формулировка вашего намерения. Не думайте, соответствует ли эта формулировка действительности — разум все равно не ощущает разницу [между сновидящим и профаном — А.К.]. Это не самообман. В линейном мире мы считаем, что это ложь. Но здесь нет ничего нового — мы и так обманываем себя все время.

Готовьтесь к сновидению так, словно собрались умереть. Словно это дело жизни и смерти. А для чего вы бережете себя — для старости? Мы дожидаемся того момента, когда придется в ресторане звать медсестру. Что с вами сделали?.. Это не лучший из миров. Что-то мешает нам просто понять. Глядя на мир с точки зрения того, кто собрался умереть, воин начинает осознавать это и видеть, как мир постоянно изменяется. Он видит лазутчиков в своих снах. Это разведчики из невоспринимаемых миров. Он пользуется осознанием как океаном...

Зачем ждать смерти? Занимайтесь этим сейчас, пока вы молоды и полны сил. Отвлекитесь, наконец, от собственной важности. Вы вечно думаете о своих желаниях, пока не состаритесь. Пока вам не останется только хрипеть «Сестра!» Осознайте это сейчас. Время пришло, и путь — это сновидение. Сновидящий, сэкономив достаточно энергии, получает жизненно важный толчок, благодаря которому проникает в другой мир. Это невозможно представить. Кто мы такие на самом деле?.."

Патетический призыв Кастанеды легко понять тому, кто хорошенько поразмыслил над сущностью техники осознанного сновидения и спецификой устройства человеческого сознания. Непосредственная связь между страхом смерти и толтекским сновидением вполне очевидна. Тому есть ряд причин — как психологических, так и энергетических. Собственно говоря, любой значительный сдвиг точки сборки инстинктивно воспринимается как агония, умирание и даже как путешествие в страну мертвых. Повседневный психический опыт не знает иных ассоциаций. Самая первая реакция на радикальное изменение режима перцепции — страх. Здесь и становится явным реальное положение дел. Насколько вы преуспели в безупречности и устранили из автоматического реагирования страх смерти?

Сновидение вообще обладает способностью демонстрировать вам (а равно всем желающим магам-сновидцам, неорганическим существам, прочим причудливым тварям из иных миров восприятия) подлинное состояние вашей психики, которое в первом внимании (наяву) может быть совсем неочевидно, а зачастую просто скрыто от нас защитными механизмами бессознательного. Такие всеобщие пороки человеческого рода, как чувство собственной важности или чувство жалости к себе, мгновенно выходят из-под контроля (если контроль недостаточен), и малейший повод в ситуации сновидения способен вызвать преувеличенную реакцию, которая, возможно, удивит вас самих. С одной стороны, это результат недостатка психической дисциплины, с другой — это результат колебаний точки сборки в новой неустойчивой позиции.

Я на собственном опыте обнаружил безусловную правоту Кастанеды и оценил чеканность его формулировок. В сновидении именно чувство собственной важности и жалость к себе манифестируют себя однозначно и отчетливо, если наяву не достигнута высокая степень безупречности. Эмоции, вызванные этими паттернами реагирования, в сновидении настолько выразительны, что их не спутаешь ни с чем другим. В сновидении же отчетливо выражена принципиальная разница между обычным состоянием беспорядочно «плавающего» ума и состоянием остановки внутреннего диалога.

Любопытное явление открылось мне в дон-хуановском сновидении: оказалось, что внутренний диалог продолжает функционировать и во втором внимании как ни в чем не бывало. Перцептивный аппарат вполне способен восстановить свой привычный способ функционирования даже в самых экзотических полях восприятия. Конечно, характер внутреннего диалога несколько изменяется — движение рефлексии становится более медленным, менее вербализованным и частично утрачивает свою однозначную линейность. Легко заметить, что логические конструкции почти исчезают, зато гораздо большую яркость и выразительность приобретают образы и эмоции. Поток рефлексии лишь время от времени оформляется в слове, мысленное обращение к себе состоит по большей части из представлений и характерных психических напряжений, несущих вполне определенный эмоциональный заряд — эти напряжения, в отличие от эмоциональных реакций наяву, чаще всего воспринимаются как некие тотальные состояния. Кажется, будто все тело (в данном случае тело сновидения) активно участвует в реагировании. Это и является одной из причин того, что неконтролируемые реакции фундаментального характера (собственная важность и жалость к себе) с такой легкостью регистрируются осознанием. Конечно, зарегистрировать их в сновидении проще простого, но поставить под контроль — вряд ли возможно. Эта работа должна производиться наяву, это путь сталкинга, и Кастанеда, безусловно, был прав, когда многократно подчеркивал это обстоятельство. Зато остановка внутреннего диалога в сновидении возможна, если вы до этого накопили достаточный опыт такой практики в бодрствующем состоянии.

Когда я впервые произвел эксперимент по «достижению безмолвия», уже находясь в мире сновидцев, то был потрясен его эффектом. Я буквально физически ощутил мощный толчок, перебросивший меня в следующий режим восприятия. В первый раз это оказался еще один мир сновидения, но очень скоро выяснилось, что таким же способом можно войти в состояние видения — то есть, в тот перцептивный объем, где интерпретация сводится к минимуму, а сенсорное поле расширяется максимально. Практически вся информация, изложенная в этой книге и касающаяся структуры энергетического тела, организации эманаций внешнего поля и т.п., получена мною благодаря видению в сновидении. Всякий раз, по достижению безмолвия, точка сборки сдвигалась весьма интенсивно и (что особенно важно!) никогда не выходила из-под контроля. Каждая новая фиксация поражала своей стабильностью, что формировало очень четкую, яркую и непрерывную перцепцию избранного мною положения. Стабильность восприятия, которая в таких случаях длилась до 10-15 минут (однажды мне удалось заметить время, проведенное в режиме видения), позволяла довольно подробно изучить объект, оказавшийся в зоне досягаемости, составить представление о его структуре, функциях, характеристиках. Правда, иногда возникала проблема с запоминанием увиденного. До конца разрешить ее мне так и не удалось — всякий раз, пытаясь восстановить пережитое и записать его, я сталкиваюсь с безошибочным чувством, что некоторый объем воспринятого (наверное, непредставимо огромный) бесповоротно канул в глубины бессознательного и выудить его наружу возможно лишь в следующем сновидении.

Так я на практике убедился в силе остановки внутреннего диалога, о которой прежде знал, в основном, теоретически. Хотя, не могу не упомянуть, что именно благодаря удавшейся остановке внутреннего диалога наяву я впервые вошел в осознанное сновидение. И все же столь мощная демонстрация эффективности данной техники происходит, скорее всего, уже после того, как точка сборки покинула место самой жесткой своей фиксации.

Флоринда Доннер, будучи сновидящей из группы Кастанеды, достаточно выразительно рассказала об этом в одном интервью:

«[Необходимо] остановить внутренний диалог. Поскольку, даже если вас где-нибудь изолировать, вы будете непрерывно разговаривать сами с собой. Этот внутренний диалог никогда не прекращается. И чем же он занят? Постоянной самооценкой, неважно, по какому поводу... Мы постоянно повторяем эту мантру — я... я... я... про себя или вслух.

— Итак, отверстие открывается, когда...

— ...когда диалог останавливается. Автоматически. Не надо ничего делать. Потому люди и отвергают Кастанеду, не верят ему. Потому что это слишком просто. Но эта предельная простота оказывается труднейшей вещью на свете, когда вы пытаетесь добиться этого. В нашем мире есть, наверное, шесть человек, занятые той же головоломкой. И все же мы имеем одну и ту же трудность — полное прекращение внутреннего диалога.» (Из беседы Флоринды Доннер с Александром Блэр-Эвартом, журнал «Димэншнз», февраль 1992.)

Дальше в этой беседе Флоринда указывает, что одно из важнейших условий качественной остановки внутреннего диалога — дон-хуановский перепросмотр, о котором подробно говориться в связи со сталкингом. Мы вновь и вновь убеждаемся в детальной разработанности толтекской дисциплины, в том, что все ее части неразрывно связаны друг с другом и именно в этой комбинации совершенно необходимы для достижения цели.

Будучи по своей конституции сновидящим, я никогда не любил сталкинг и долгие годы безуспешно боролся с нежеланием заняться сталкингом всерьез. Одно время мне просто хотелось убедить себя в том, что эта техника не столь уж важна и, в конечном итоге, можно обойтись без нее. Но в конечном итоге пришлось признать: без сталкинга сновидение быстро теряет стабильность, память об увиденном и контроль воспринимаемого слабеют, если же пренебрегать сталкингом наяву долго и принципиально, развиваются заметные характерологические изменения, которые частично описал и сам Кастанеда. Возрастает нелюдимость, мрачность, ощутимо слабеет мотивация к любому действию в мире первого внимания — все помыслы и интересы концентрируются в мирах сновидения, и это состояние все труднее и труднее контролировать. Могут даже развиться иррациональные страхи на фоне общей беспричинной тревожности.

Сталкинг, будучи активной формой самоконтроля в социальной среде, помогает поддерживать безупречность и устраняет невольно возникающее в сознании каждого сновидящего противостояние между этим миром и мирами сновидения. Ведь каждый сновидец обязательно чувствует, что именно там, в параллельных мирах его место, здесь ему скучно и душно. Если вы чувствуете нечто подобное, значит, искажения в структуре вашего осознания уже произошли и самое время сосредоточиться на сталкинге и безупречности. Правильное отношение заключается в абсолютно одинаковом беспристрастии в любых режимах восприятия. Нет никакой реальной разницы между повседневным миром и теми местами, которые вы посещаете в сновидении, — надо научиться сочетать бдительность и внимательный контроль с отстраненным бесстрастием, даже равнодушием. Если подобное равновесие достигается, освоение иных миров начинает происходить с удивительной скоростью.

В режиме повседневного восприятия мы непрерывно сталкиваемся с огромным давлением — энергетическим и психологическим одновременно, поскольку это лишь две стороны одного и того же явления. С одной стороны, мы максимально погружены в энергообмен с внешним полем, а потому во всем зависимы от его флуктуаций. В сновидении этого не происходит, поскольку там мы всегда присутствуем лишь частично, т.е. в качестве тела сновидения. Эта ситуация изменяется только тогда, когда мы достигаем способности перебрасывать в параллельные миры свое энергетическое тело целиком, вместе с физическим. С другой стороны, в обычном режиме восприятия мы со всех сторон опутаны социальными связями, которые автоматически погружают нас в ситуации, генерирующие чувство собственной важности и жалость к себе. Научившись контролировать эти модели реагирования, мы обретаем власть над центральными структурами упорядоченного в точке сборки осознания. Это наша сущность, возникшая в результате перцептивного разделения мира на внешний и внутренний. Как только человек увидел и понял, что является отдельным (отделенным) от внешней Вселенной существом, его тональ произвел на свет чувство собственной важности и жалость к себе. Это атрибуты индивидуального самосознания, благодаря им оно развивается, формируется и обретает стабильность. Поэтому человек не может стать личностью, а впоследствии — толтекским магом, освобожденным и контролирующим себя существом, минуя горькую стадию страданий, вызванных собственной важностью и жалостью к себе. Только пройдя необходимый цикл личностного развития, воин отбрасывает ставшие ненужными стереотипы и реакции — опять же путем внутреннего усилия, через дисциплину и борьбу.

Перед тем, как обратиться к практическому освоению сновидения, хочу еще раз обратить ваше внимание на самую большую опасность, подстерегающую сновидящего, — заблудиться во втором внимании и не найти дорогу назад. Выше я уже напоминал, что дон Хуан недаром назвал сновидение «смертельной игрой». В начале практики такие предостережения многим кажутся неактуальными, ведь для того, чтобы риск стал действительно серьезным, необходимо, вроде бы, достичь высочайших степеней мастерства, а это дается десятилетиями упорной работы. Однако не всегда это так. Сновидение — непредсказуемая стихия, а особенности вашей конституции могут быть самыми причудливыми и о них никто не знает, кроме вас самих. Впрочем, как правило, и вы о них не догадываетесь.

В сновидении вся изнанка психического мира личности выходит наружу. Комплексы, привязанности, аффекты — давно позабытые и вытесненные в бессознательное — активизируются и проявляют себя с такой поспешностью, что нужна исключительная дисциплинированность сознания для своевременной остановки той или иной нежелательной реакции. Если же реакция произошла, то в энергетическом смысле она означает всего-навсего неправильный и неконтролируемый сдвиг точки сборки. Она покидает центральное сечение «человеческой полосы» и уходит в сторону. Вернуть ее из этого положения намного труднее: эмоциональные напряжения провоцируют и усиливают друг друга, таким образом вызывая цепную реакцию дальнейших боковых сдвигов. Сновидящий за какие-то мгновения погружается в рай или в ад, не успев даже понять, что именно с ним происходит. Боковой сдвиг точки сборки, в свою очередь, искажает форму «просвета» и увеличивает его. Через этот канал кокон начинает усиленно извергать жизненно важную энергию, чем значительно сокращает вам шансы вернуться в обычный режим восприятия. Но и эта опасность чаще всего устранима, если выброс энергии во внешнее поле не успеет привлечь тот или иной тип неорганических существ, как известно, паразитирующих на покидающих нас силах.

К сожалению, неорганических «паразитов» слишком много. Они вечно вьются вокруг человека, поскольку из всех живых существ именно он в силу все тех же пороков своей личности (страх, собственная важность, жалость) склонен терять энергию и подпитывать их с завидной регулярностью. А ведь именно неуправляемое сновидение дает им наиболее плотную «пищу». Чаще всего эти создания нападают на спящего почти мгновенно. Они провоцируют его, вызывая устрашающие видения и тем самым сталкивая точку сборки еще дальше — туда, где контроль уже почти невозможен. Если начинающий маг не спохватится вовремя, процесс приобретает необратимый характер. Конечно, физическое тело в случае атаки неорганических существ разрушается значительно медленнее, чем структуры-носители его упорядоченного осознания. Плотность полей физического тела слишком велика даже для потусторонних «бандитов». Обычно они забирают все, что могут забрать, и не останавливаются до тех пор, пока схваченная в энергетические тиски точка сборки не заставит тело сновидящего выбросить наружу жизненные силы полностью. Иногда этот ужасный процесс занимает годы. Со стороны зрелище выглядит особенно непривлекательным. Окружающие, как правило, не могут понять, что случилось (если они, конечно, не видящие), и приходят к самому простому, напрашивающемуся заключению: бедняга сошел с ума от своих странных занятий и его надо отправить на психиатрическое лечение. Если повезет, можно сохранить часть личности пострадавшего и этим спасти его разум после интенсивного отравления организма психотропными лекарствами. Но даже тогда он уже не сможет повторить свое восхождение на вершины толтекской мудрости, поскольку чудом спасенное количество энергии осознания никогда не станет достаточным для еще одной попытки.

Описанная мною опасность наиболее серьезна, так как может грозить даже начинающим сновидящим, которые пренебрегают безупречностью и техниками сталкинга. Другого рода опасность (о которой в свое время написал Кастанеда) касается тех, кто прошел в сновидении большой путь и накопил массу энергии специфического, свойственного только сновидению, осознания. Такие субъекты могут навсегда остаться в мирах сновидения по двум причинам: во-первых, они становятся излишне привлекательными для неорганических существ, во-вторых, сами начинают испытывать сильное искушение остаться в привлекательных областях параллельных миров.

За десять лет занятия сновидением я, конечно, подвергался всем перечисленным опасностям. Потому и пишу об этом специально. Очень много усилий потребовалось, чтобы избежать подобных ловушек, и несколько раз, как мне кажется, я был на волосок от поражения. Да и теперь не вполне уверен, что потери могут быть восстановлены в полном объеме. Тем не менее, для доброй половины исследователей толтекской дисциплины сновидение — самый важный и, скорее всего, единственный путь. Только прирожденные сталкеры достигают трансформации иначе, но и они не могут обойтись без помощи этой техники.

продолжение следует

Источник:
Проект «Нагуализм нового цикла»
Глава из книги «После Кастанеды»
Разместил: SunOrigin
СсылкаОтветить

Comments:
From: xruxa_2007
2007-07-28 06:46 pm
А вот в самих произведениях К.Кастанеды написано лучше, мне кажется...
(Ответить) (Thread)
From: (Anonymous)
2007-12-15 12:45 pm

Программа Wheel of Time (Колесо Времени)

Программа Wheel of Time предназначена для освежения и пропечатывания в подсознании ключевых понятий и тезисов используемых Карлосом Кастанедой в его книгах:

• «Учение дона Хуана»
• «Отдельная реальность»
• «Путешествие в Икстлан»
• «Сказки о силе»
• «Второе кольцо силы»
• «Дар орла»
• «Сила безмолвия»

Читать подробно http://psyberia.ru/soft/wheel
(Ответить) (Thread)